Театр «Новая драма» на гражданском форуме «Пилорама»

Татьяна Тихоновец

28.08.2006

Гражданский форум «Пилорама» прошел 26-27 августа на территории мемориального музея истории политических репрессий «Пермь — 36». В этом году он проводился второй раз в рамках программы «Пермь — культурная столица Поволжья». Организатором этого форума является музейный центр «Пермь — 36».

Разумеется, участие в работе форума приняли и Департамент культуры и искусства администрации Пермского края, и комитет по молодежной политике, и администрация Чусовского района. А партнерами стали пермское молодежно-студенческое объединение «Урал-сервис», региональная общественная организация «Камва», продюсерский центр «Авторский дом». Словом, настоящее сообщество партнеров и союзников.

Для тех, кто не знает: «Пермь — 36» — это один из последних на территории бывшего СССР лагерей для политзаключенных. Вообще на территории Пермской области «островов ГУЛАГа» было великое множество. Даже стыдно сказать, сколько их было, но вот этот — один из последних — был самым суровым. В нем сидели и Василь Стус, и Сергей Ковалев, и Николай Браун, и Лев Тимофеев, и много ещe славных сынов нашего отечества грызли там свои лагерные пайки и работали на пилораме.

Лагерь не успел исчезнуть с лица земли, как многие другие, и на его территории был создан единственный в стране музей истории политических репрессий, включенный ЮНЕСКО в сотню особо охраняемых объектов истории. Теперь он стал как бы нашей гордостью. Странно и стыдно вроде бы гордиться такой уникальностью, но что делать — такие вот у нас памятные места.

Гражданский форум, а проще сказать фестиваль, потому и называется «Пилорама», что этот род занятий был главным видом жизнедеятельности лагеря. Так, чтобы не забывать! Оставшиеся в живых сидельцы приезжают теперь уже как почетные гости. Встречаются, общаются, и, наверное, снова и снова переживают самые горькие и самые гордые годы своей жизни. Программа форума была разнообразной. В ней большое место было уделено дискуссиям, диспутам, семинарам. В рамках форума прошел фестиваль гражданской песни и поэзии и разнообразные художественные акции и перформансы.

Но мне было интересно театральное событие, которое произошло в первый день форума. Молодежный театр «Новая драма» под руководством Марины Оленевой дважды в течение фестивального дня провел читку публицистической драмы Владимира Виниченко «Такая маленькая жизнь».

Виниченко не первый год тесно сотрудничает с этим театром. и пьеса о Гулаге написана им в расчете на молодых артистов, которых он хорошо знает. Даже имена действующих героев за редким исключением — это подлинные имена артистов. Пьеса представляет собой драму идей, в которой характеры и отношения только намечены. Она написана для молодых и о молодых. И действуют в ней студенты-волонтеры, которые работают в лагере «Пермь — 36», помогая «восстанавливать» его. (Это звучит двусмысленно, но иначе не скажешь).

Собственно, разговор об истории нашей страны, о личном выборе каждого, о позициях или их отсутствии — вот что является темой пьесы. А фоном — лагерь, который находится бок о бок, и его страшная история, которая еще жива. Режиссер Оленева решила, что жанр «читки» — наиболее подходящая форма для этой пьесы. Сидя за столом, артисты читали свои роли, а автор, который присутствовал тут же, выступал естественно в роли автора, читая свои ремарки.

Честно говоря, увидев волонтерский лагерь, любовно и со вкусом устроенный из подручного материала (веток, соломы, горбыля, пластиковых бутылок и ситцевых занавесок), увидев веселые, беззаботные лица студентов, которые должны были стать первыми зрителями, я, честно говоря, испугалась. Какие там судьбы Родины, какие счеты с прошлым, какие диссиденты? Словом, что им Гекуба, что они Гекубе?

Вот, думаю, лопухнулись Виниченко и «Новая драма». Этих ничем не взять. Лица-то хорошие, живые, не дебильные, но ведь утро, солнышко, хоть и хилое, но светит, а тут в столовую загнали, полог задернули и давай насильно какую-то пьесу читать. А ведь после пьесы предполагается дискуссия, и что-то вроде суда совести...

Как всегда, молодые оказались гораздо лучше, чем мы о них думаем. От суда над отрицательным героем зрители категорически отказались. И уже этим поразили. Я привыкла к тому, что в нашей стране на скорый суд горазды все. Так как-то складывалось всегда в нашей истории. А в них я почувствовала какую-то человеческую деликатность, осторожность в выводах, нежелание судить, а тем более осуждать. Но было и много горечи в их словах, когда они говорили о проблемах современного российского общества, о власти сегодняшней, о молодежи, о себе. Авторская провокация удалась, но самому автору пришлось на дискуссии непросто.

Второе представление пьесы прошло уже в музейном бараке. И там аудитория была смешанная. Все возрасты были представлены — от семнадцатилетних до семидесятилетних. Ситуация на дискуссии начала накаляться сразу. С первых зрительских выступлений. Пожилые зрители склонны были к страстным обличениям — обличали режим, коммунистов, попутно друг друга, зацепили почему-то и последнего русского царя, а заодно и автора, за то, что его политическая позиция оказалась ниже его художественной платформы.

Периодически выступал молодой политолог, который призывал судить идеи, а не людей. Нет, говорили другие. За что же судить идеи, надо судить исполнителей. Послушав старших, молодые тоже ввязались в диспут. Забавно, но они и здесь оказались как будто мудрее, что ли. Может быть потому, что все-таки, это не их боль, не их драма, которую старшие поколения переживают с какой-то неиссякаемой силой и страстью.

Оба представления показали, что пьеса Владимира Винниченко, талантливо и умно представленная театром «Новая драма», оказалась именно в нужном месте и в нужное время. У людей снова возникла потребность говорить.

За годы перестройки выросло целое поколение молодых, которое мы называем «брошенным». С ними никто никогда не разговаривал на серьезные человеческие темы. Разве что в вузах, на семинарах. Они тяжело формулируют свои мысли, им тяжело встать и заговорить, обнажить свои чувства. Но и мысли, и чувства у них есть. И они совсем другие. Лучше ли? Не знаю. Просто другие. И им надо помочь понять себя. Хотя бы для того, чтобы этот лагерь, который они восстанавливают для истории, никогда больше не стал действующим.

вернуться к списку публикаций