На последнем касании

Ксения Гашева, газета «Деловое Прикамье»

21.05.2007

Молодой Бельмондо в спектакле «Мужчина — Женщина — Пистолет» молодежного театра «Новая драма».

Герою пьесы белорусского драматурга Константина Стешика «Мужчина — Женщина — Пистолет», как в известной песенке, «мешает жить Париж». А сам он мешает жить героине.

Ничего нового — мужчина и женщина выясняют отношения, ссорятся, любят, хохочут, мучают друг друга, пытаются друг до друга докричаться, достучаться, объясниться... Но понять друг друга не получается. Да и что может получиться, если мужчина уже принял решение: жизнь не удалась, ничего нельзя исправить.

Эту очень мужскую и слишком серьезную пьесу поставила в молодежном театре «Новая драма» режиссер Марина Оленева, и именно женская интерпретация делает спектакль неожиданно интересным. Во-первых, главной в истории становится героиня. Имени у героини нет, это просто женщина (Элла Чудинова). Молодая актриса вытаскивает из текста Стешика множество оттенков и полутонов — обиду, одиночество, надежду, отчаянье, нежность, страсть. И сама порой неузнаваемо меняется: выглядит то беззащитным воробушком, то разъяренной стервой, то ослепительной красавицей. Во-вторых, Марина Оленева проделала с пьесой очень простую и странную вещь — вся история рассказана дважды (второй раз с некоторыми купюрами), причем героиня одна, а герои разные. Первый в исполнении Эдуарда Галеева полон страстного отчаянья, он так и не нашел смысла своего существования, и за его плечами какая-то тайна и трагедия. Второй — его роль исполняет Филипп Некрасов-Кеммер — скорее растерянный и потерявший себя человек, слабый и уязвимый.

Дублирование неожиданно придает спектаклю объем, а всему тому, что на полном серьезе написал драматург, — иронический оттенок. И драма героини становится отчетливее: мужчины играют в свои игры и заигрываются, а женщина — пытается ли она оторвать их от этой игры и вернуть к реальности или соглашается подыгрывать — не может спасти ни себя, ни возлюбленного. Впрочем, сказанное выше — что героиня одна и та же — неверно. Элла Чудинова второй раз произносит те же реплики иначе, иначе переживает ситуацию, у ее героини уже есть страшный опыт, теперь у нее вместо горечи — усталость, вместо надежды — печаль:

«Ну хорошо, милый, пусть будет так, если ты хочешь». Она-то знает, чем все кончится. Такой повторяющийся сон-кошмар, от него не избавишься, пока не проснешься.

Важную роль в спектакле играет мир, о котором всю дорогу говорит герой: Франция, фильм Годара, молодой Бельмондо, девушка в белой водолазке, смешная машина — эта недостижимая мечта, куда дверца так и не открылась. Белый экран, на котором в начале спектакля появляются силуэты героев — мужчины в плаще и широкополой шляпе и хрупкой девушки — в течение действия несколько раз оживает, и на нем — кадры старого французского кино. В какой-то момент у зрителя возникает полная иллюзия, что он вместе с героями мчится в машине по улицам Парижа. Так что Бельмондо становится полноправным героем спектакля.

Герой пьесы несколько раз цитирует слова Годара из какого-то интервью: «Для того чтобы сделать кино, нужны только мужчина, женщина и пистолет». Героиня отвечает: «Еще режиссер нужен». И она права. Спектакль «Мужчина — Женщина — Пистолет» в «Новой драме», безусловно, интересен прежде всего режиссурой, художественным решением. Да и на молодого Бельмондо всегда приятно посмотреть.

вернуться к списку публикаций